11.12.2015

Коллекция вооружения, воинского обмундирования и военной атрибутики

Оружейный гарнитур карманных капсюльных пистолетов из фондов АГОИАМЗ, первая половина XIX в.

Карманные пистолеты как тип ручного огнестрельного оружия, появились в конце XVIII в. благодаря накопленному опыту в изготовлении дульнозарядных пистолетов с ударно-кремнёвыми замками и технике обработки металла. В первую очередь это оружие предназначалось для людей «благородных», дабы последние могли при любых обстоятельствах и при любом одеянии (приличным считалось ношения оружия при мундире, да и то не во всех случаях) дать достойный ответ на притязания презренной черни или недостойное поведение собратьев по социальному слою. Например, подобное оружие носил главный герой пушкинского романа Дубровский.

С появлением ударно-капсюльного замка компоновка данного типа пистолета ещё больше упростилась, появились образцы даже меньшего размера, так называемые жилетные пистолеты. Истинными мастерами по изготовлению подобного оружия были оружейники Англии и Бельгии, что ещё больше делало это оружие привлекательным в глазах русского дворянства, которое, даже в случае плачевного состояния своих финансов, желало выглядеть модно, современно и быть оснащённым по последнему слову техники. (Можно привести в качестве примера оружие помещика Оболта-Оболдуева из произведения Некрасова «Кому на Руси жить хорошо».)

В фондах Астраханского музея-заповедника хранится оружейный гарнитур бельгийских капсюльных карманных пистолетов 2-й четверти XIX в. (АМЗ КП 3207/ В. 83-84). Данный гарнитур состоит из прямоугольной деревянной шкатулки, обитой внутри бархатом. Внутри шкатулки вырезаны отверстия под два карманных пистолета, металлическую натруску, пулелейку и отделение для пуль. Каждый пистолет имеет круглый стальной нарезной ствол, который навинчивается на казённик, составляющий одно целое со ствольной коробкой. Общая длина пистолетов – 18 см. Калибр 11 мм. Прицельные приспособления отсутствуют. Курок боковой. Рукоять металлическая, с костяными накладками и многоугольным металлическим навершием, изогнутая. На ствольной коробке и курке гравированный растительный декор, внутри которого, выбиты два слова – «LEPAGE» и «ALIEGE» (характерные надписи эксклюзивного оружия льежских мастеров оружейников). Механизм устроен так, что, когда курок опущен, спусковой крючок складывается вперед в углубление внизу казённой части; после взвода курка спуск выскакивает, и можно, ещё раз взведя курок, стрелять.

Возможно, данный гарнитур принадлежал представителю дворянского сословия в Астраханской губернии. Увидеть эти образцы огнестрельного оружия можно в экспозиции «Оружейная комната» Краеведческого музея.

Автор: И.В. Косточкин


Общие закономерности образования служилых людей московского государства и оружие XVI-XVII вв. (на примере предметов из фондовой коллекции Астраханского музея-заповедника)

На настоящий момент в фондах Астраханского государственного объединенного историко-архитектурного музея-заповедника находится интересное и разнообразное собрание оружия, защитного снаряжения и амуниции XVI-XX вв., насчитывающее 1307 единиц хранения. Часть предметов из этой коллекции согласно каталожным данным и исследованиям сотрудников Астраханского музея-заповедника относится ко 2-й половине XVI – началу XVII вв., эпохи присоединения Астраханского ханства к Московскому государству, строительства и укрепления Новой Астрахани, как южного форпоста Московии.

Согласно различным летописным писаниям (в частности Никоновской или Патриаршей летописи, писавшейся примерно в эту эпоху), основная роль в освоении Нижнего Поволжья и становлении новой крепости принадлежит стрельцам и казакам[1]. Именно они окончательно захватили татарскую Астрахань, отражали нападение крымско-турецкого войска и набеги ногайской конницы, охраняли Поволжские крепости и ловецкие учуги, сопровождали купеческие и посольские караваны.

К сожалению, в современной Российской историографии очень мало работ посвященных исследованиям данных служилых групп Московского государства и практически совсем отсутствуют исследования, затрагивающие астраханских служилых людей. Поэтому цель данной статьи с одной стороны осветить социально-экономические и политические процессы образования слоя служилых людей Московского государства, и с другой затронуть оружие и защитное снаряжение XVI-XVII вв., проиллюстрировав образцами, хранящимися в Астраханском музее-заповеднике и возможно являющимися немыми свидетелями различных исторических событий происходивших в Нижнем Поволжье – как поход Крымско-Турецкого войска на Астрахань, Крестьянская война под предводительством Степана Разина, Свадебный бунт и т.д.

Процессы, происходящие на Евразийском материке в сер. II тыс. были противоречивы. На значительной части территории Европы это выразилось последовательно; в ослаблении и практическом исчезновении крепостничества (на большой её части), зарождении абсолютизма, тенденциями к централизации политической системы и при этом усилением сепаратизма магнатов, во втором издании крепостничества, в католической реакции.

Изменения коснулись как системы землепользования, так и сельской общины, которая при общей рутинности и незыблемости продолжала разлагаться изнутри, порождая слои населения незанятые непосредственно в сельском хозяйстве. На востоке Европы это выразилось в появлении многочисленных слобод, городков и торговых местечек.

В частности на территории восточных русских княжеств в XV - XVI вв., сложился слой лично свободных людей, занятых в мелком ремесленном производстве (не связанных с ремесленными корпорациями и цехами), и мелкой торговле. Этот общественный слой не раз демонстрировал свою силу: свержение Глинских, события с воцарением Ивана Грозного, Смута…

Наблюдать состояние вооруженных сил на этот период, можно как на основании предметов произведений искусства и вещественных памятников, так и в письменных источниках. При разборе данных групп источников бросаются в глаза их противоречия; в частности, несмотря на крепнущую пехоту, рисунки и миниатюры, вплоть до XVII в., представляют нам исключительно феодальное сословие[2]. В фондах Астраханского музея-заповедника хранятся несколько образцов вооружения представителей этого сословия. Трехлопастной наконечник пики (длинна – 26, 5 см., с короткой втулкой к которой приварены две узкие крепёжные полосы длинной – 56 см.) представляет классическое кавалерийское копье. В фондах музея-заповедника имеется так же клинок обоюдоострого меча работы золингеновских мастеров (ок. 2-й четв. XVI) – уникальный образец достойный отдельной статьи.

Из защитного снаряжения: кольчужный комплект – штаны и рубаха, и байдана – кольчуга из крупных плоских колец, а так же металлический круглый щит, с пятью умбонами.

Письменные источники постоянно указывают на образование совершенно новых войсковых формирований - стрельцов и казаков. Ту же самую картину наблюдаем и в артиллерии; пушки изображены, а прислуги – «пушкарей» (которые и воинами не считались, причисляясь к «мастеровым») – не видно[3]! И в документах, «наряд», как правило, называется без упоминания персонала его обслуживающего[4].

Для раннего и развитого средневековья принципиальной разницы в форме и образцах вооружения для пехотинца и всадника практически не наблюдается. Как видно, по дошедшим до нас образцам, отличия касались качества и клеймения оружия (оружие рядовых воинов ковалось замковыми или деревенскими кузнецами и не клеймилось). До нас дошли, как правило, лучшие образцы оружия того времени, зачастую, в силу их коллекционости.

С развитием феодальной конницы мы можем наблюдать и следующий фактор - исчезновение изображений пехотинцев из миниатюр и рисунков, - который чётко виден по дошедшему до нас иллюстративному материалу. Если на знаменитом Байонском гобелене пехота (особенно со стороны англов), еще занимает заметное место, то к концу XI в., пехотинец начинает исчезать из поле зрения художника, и в плоть до XV в., сражения представлены исключительно рыцарством, крайне малочисленные исключения, лишь подтверждают правило. Даже знаменитые сражения Столетней войны, где пехота играла не просто заметную, но и выдающуюся роль, подробно проиллюстрированы лишь в миниатюрах XV в. Сознание феодальной знати, по отношению к собственным пехотинцам, изменялось медленно, с опозданием в 100 лет! Тем не менее, роль пехоты возрастает, можно сказать, от десятилетия к десятилетию[5]. Пехота становится боеспособной и, опираясь на опыт Крестьянских Войн, вырабатывает собственный комплекс вооружения. Забавно, что большинство образцов древкового оружия, появившегося в этот период, разительно напоминает сельскохозяйственные и бытовые орудия крестьян! Достаточно вспомнить цеп, совню, разсёдлыватель, рогатину. В качестве иллюстрации можно привести фотографию данного оружия (рогатина) из фондов Астраханского музея-заповедника. Это достаточно мощное копье, имеющее относительно короткое древко, и широкий листовидный наконечник, длинна которого - 50 см. Прототипом для боевой рогатины послужила рогатина охотничья, предназначавшаяся для охоты на крупного зверя.

Дальнейшее развитие военного дела вынуждает к всё большей специализации вооружения, а появление регулярных формирований - к его стандартизации. В этом плане практически все армии Евразии проходят аналогичные этапы развития, но ввиду особенностей и уровня социально-экономического развития имеют конкретно–исторические черты.

К XVI в., разнообразие в древковом оружии несколько уменьшается. Некоторые экзотические виды оружия остаются либо как парадные образцы, либо для вооружения замковых слуг (глефа, корсека и т.п.). В то же время пика, алебарда, секира, протазан выходят на первое место и собственно все виды оружия (напр. бердыш), появившиеся в это время комбинируют либо унифицируют вышеназванные. В фондах музея-заповедника находятся два образца бердышей с длинной лезвия 86,5 см. и 70 см. соответственно. Бердыш выполнял двойную функцию – как древковое оружие, которым можно наносить как рубящие, так и колющие удары и как подпорка для мушкета.

В период XV - XVI в., пешие формирования набирались несколькими путями:

А) старинный способ военной повинности общинников

Б) набор свободных крестьян

В) городское ополчение

Г) военное наемничество

Все это имело свои достоинства и недостатки. Сами способы ведения войн, выдвинувшейся на первый план фактор «большой политики», неразрывно связанный с централизацией политической власти требовали создания постоянных воинских формирований. В этом случае не один из вышеуказанных способов не годился, поэтому все государи крупных государств искали новые пути для организации более менее регулярного войска. И как уже говорилось Московское государство, нашло социальные слои, годные для подобного дела.

В 1550г., Иваном IV был издан указ о формировании постоянных мушкетерских полков (стрельцов)[6]. Социальной базой для данных войсковых формирований послужили уже вышеназванные слободские и посадские слои.

Стрелецкие полки составляли гарнизоны городов и слобод, кроме собственного оружия у мушкетеров (стрельцов) имелось и специальное, контрштурмовое («крепостное») оружие. В качестве образца можно привести мушкетон-«гак», из музейного фонда, тяжелое ружье для стрельбы картечью, о чем свидетельствует дульный раструб. Калибр дульного среза – около 30 мм, что несколько больше калибра канала ствола. Общая длина данного ружья 125 см.

Таким образом, служилые группы, сформировавшиеся в Московском государстве, были представлены социальными низами. Феодальная этика того времени не позволяла уделять большого внимания этим войсковым подразделениям - отсюда бедность информации о них в источниках касающихся конкретных исторических событий и летописаний, а так же отсутствие изображений их в произведениях искусства.

Следует заметить, что оружие стрелецких полков и казачьих формирований представлено весьма фрагментарно. Это объясняется его относительно невысоким качеством вообще. И в связи с этим, оно долгое время не представляло интереса для коллекционеров, (вплоть до выделения исторической науки в самостоятельную дисциплину). А так же со стремлением музеев в большинстве случаев выставлять наиболее уникальные образцы даже в ущерб историчности. Лишь после Октябрьской революции фонды музеев стали пополняться не только помпезными образцами.

Необходимо отметить, что для формирования полной картины вооружения «служилых» требуется опора, на как можно большее число музейных фондов, с формированием картотеки и хронологической сетки.

[1] ПСРЛ Т 13.СПб 1904 с. 241-267

[2] См. Ястребицкая А. Л. Западная Европа XI-XII веков. М. 1978; История искусства зарубежных стран. Средние века, возрождение. М. 1982

[3] См. миниатюры Лицевого летописного свода

[4] См. Полковая роспись «Берегового» войска М. И. Воротынского РГАДА, ф. 210, столбцы Московского стола, д. 463.

[5] Энгельс Ф. Пехота. - Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Изд. 2-е. Т. 14;

[6] ПСРЛ Т 22 М1968 с. 532-533

Автор И.В. Косточкин


Малая артиллерия Краеведческого музея

В фондах Астраханского государственного объединенного историко-архитектурного музея-заповедника в составе коллекции оружия, защитного снаряжения и амуниции XVI-XXвв, хранится дюжина миниатюрных пушечек, отлитых из бронзы и чугуна, получивших в нашей историко-оружеведческой литературе название фальконетов. Под фальконетом, обычно подразумевается, старинное артиллерийское орудие небольшого калибра (1—3 фн, т.е. диаметр канала ствола примерно равнялся 40-65 мм.), которое стреляло свинцовыми и каменными ядрами, а так же картечью. Название, возможно, связанно с клеймом французских мастеров-пушкарей, изображающим сокола,фокон (faucon по-французски сокол), фоконет (fauconneau по-французски соколенок), откуда и произошло название — фальконет. В XVIII веке фальконетом также называли 45-55 мм полковые пушки. В то же время у большинства фальконетов входящих в коллекцию «Вооружение» Астраханского музея-заповедника диаметр ствола колеблется от 30 до 35 мм, а самый маленький всего – 16 мм. Данный образец помимо опорной вилки имеет так же дополнительную вилку – упор для казенной части.

Следует отметить, что фальконеты, не смотря на то, что были разработаны для применения на суше, широко использовались на военных кораблях в качестве контр абордажного оружия, или как бортовая артиллерия на малых судах. Основное преимущество данного орудия заключалось в быстроте перезаряжания (что, связанно с небольшим диаметром и относительно коротким каналом ствола) дальнобойности и небольшим весом. Фальконеты известны на территории Московской Руси приблизительно со второй половины XVI в. Особенно широко использовались данные орудия казаками, благодаря их маневренности и возможности устанавливать на небольшие суда и телеги. Как полковое орудие фальконет просуществовал до второй половины XIXв, до конца существования гладкоствольной артиллерии.

С коллекцией фальконетов Астраханского музея-заповедника можно ознакомиться на выставке оружия, которая располагается в экспозиции «Оружейная комната» Краеведческого музея.

Фото

Автор И.В. Косточкин


К истории артиллерии. Артиллерийское орудие 1702 г. из коллекции «Вооружение» ГБУК АО «Астраханский музей-заповедник»

В основной экспозиции Астраханского Краеведческого музея-заповедника, находится длинноствольное артиллерийское орудие (инвентарный номер АМЗ КП 3627 В. 253) , на казенной части которого сохранилась выбитая надпись – «1702», чуть ниже имеется надпись – «29 пуд». Помимо этого, при внимательном рассмотрении экспоната, на стволе можно обнаружить полустертое клеймо в виде знака «№», цифры «3» и нескольких букв старославянского алфавита.

Согласно легенде данное орудие было передано в Петровский музей одним из казачьих атаманов, который в свою очередь получил его от станичников одного из сел Астраханской губернии, по словам которых эта пушка долгое время лежала на песчаном пляже близ пристани.

Несмотря на то, что данная информация является достаточно фрагментарной и нуждается в тщательной проверке, анализ пушечных клейм и диаметр самого орудия позволяют сделать несколько интересных выводов.

Судя по клейму, данное орудие было отлито в 1702 г, в московских царских мастерских. Диаметр канала ствола составляет 84 мм., глубина зарядной каморы - 17 дюймов(432 мм), масса – 29 пудов (≈ 475 кг). Длина 190 см.

На момент изготовления данного орудия единой системы калибров в России еще не было. «Калибром» - считался тогда вес ядра, который выражался в фунтах. Фунт, как мера веса, тогда также не был единым и колебался от 0,4 до 0, 45 кг.

В 1707г., по инициативе Петра I был принят «Артиллерийский артикул», согласно статьям, которого фунт в артиллерии принимался единым. За основу бралась масса ядра диаметром в 2 дюйма (50, 8 мм), вес которого должен был составлять 1 артиллерийский фунт, равный 115 золотникам (490, 56 гр.) В результате этого данное орудие попадало в разряд «внекалиберных», и уже не могло быть принято на вооружение ни в армии, ни на флоте.

Можно предположить, что в 1702г., после отливки данное орудие было направленно из Москвы в Астрахань для усиления артиллерии Кремля. В 1705г. в ходе так называемого «Свадебного бунта» оно было захвачено восставшими горожанами и стрельцами, которые, возможно, решили использовать эту пушку для обороны дальних подступов к Астрахани, и вывезли её за пределы города. В 1706г. карательные отряды Шереметьева захватили орудие и оставили его на месте. Через год военные и вовсе утратили интерес к этой пушке, так как она не соответствовала требованиям «Артиллерийского артикула» и подлежала переплавке. Но, в опальной и разорённой Астрахани, спешно готовящейся к приезду государя, для этого мероприятия видно не было ни сил, ни времени, и пушка осталась на месте. Возможно, что в последующие годы XVIII и XIX веков оно использовалось как сигнальное орудие на пристани.

Данный экспонат очень интересен для экспозиции музея тем, что непосредственно связан с рядом значимых исторических событий произошедших в Астраханском крае вначале XVIII в., но остается ряд вопросов, ответы на которые мы, возможно, получим в ходе дальнейших исследований.

Автор И.В. Косточкин