A PHP Error was encountered

Severity: Notice

Message: Undefined index: HTTP_REFERER

Filename: controllers/news.php

Line Number: 95

Астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей-заповедник
Размер шрифта: A A A Изображения:Выкл Вкл Цвет:T T T Выключить версию для слабовидящих
29.03.2019
Национальный состав населения рыбных промыслов Икрянинской волости XIX – XX вв.

Состав ловецкого населения рыбных промыслов Икрянинской волости в середине XIX– начале XX вв. был весьма разнообразен: кроме коренных жителей Астраханской губернии в него входили крестьяне Тамбовской, Саратовской, Нижегородской и Пензенской губерний, мигрировавшие оттуда из-за малоземелья. Росту населения дельты способствовал упадок скотоводства кочевников, вызвавший приток на рыбные промыслы обедневших калмыков и казахов Букеевской Орды. Развитие Астраханского рыболовства привлекало на время путины большое количество сезонных рабочих. Часть из них осталась в дельте на постоянное место жительства.

Рыбопромышленная фирма «Братья Сапожниковы» являлась наиболее крупным частным владением в Икрянинской волости, при том, что они были собственниками рыболовных вод. Сапожниковым в Икрянинской волости принадлажали Оранжерейнинский (с оборотом капитала 900 тыс. руб. в год), Ниновский, Икрянинский промыслы. Образцовский рыбный промысел, находившийся при реке Подстепная Басарга, на правой стороне ее, на казенной береговой полосе. Каждый год свыше 15 тыс. человек нанимались на работы в фирму «Братья Сапожниковы», не считая тех, кто относился к годовым рабочим, т.е. тем, кто постоянно жил и работал на тонях и промыслах. Оранжерейный промысел стал главным промыслом фирмы. Традиционный плот на сваях из дерева, четыре рыбопосольных выхода, вешала для сушки рыбы, складские и служебные помещения - всё это составляло картину рыбного промысла.

В 1906 г. общее число населения Оранжерейного промысла составляло 723 человека, постоянного населения находилось – 214 человек. Национальный состав работников тоней и промысловых рабочих представлен большей частью русскими – 75%, вторые по численности - калмыки (на неводах до 147 чел.) – 20%, в меньшей степени татары – 5% (до 35 чел.) Начиная с марта месяца, численность рабочих на промыслах вырастает до 2282 человек. Среди них, русские составляют 50% (1254 чел.), калмыки – 30% (690 чел., на тонях, и неводные рабочие), киргизы – 15% (до 338 чел. на тонях и неводные рабочие), татары – 5% (до 40 чел., на тонях татар и русских не было).

Прибывавшие в низовья Волги крестьяне либо нанимались на работу к местным ловцам и рыбопромышленникам, либо шли в подрядные ловцы. Они относились по характеру труда к неводным и ватажным рабочим. Каждый ловец нуждался в орудиях рыболовства и денежных средствах, был вынужден обращаться за кредитом. Ловец, получавший кредит, превращался в подрядного ловца, обязанного сдать свой улов рыбопромышленнику по ценам, ниже рыночных.

Те рабочие, которые занимались обработкой рыбы, относились к промысловым рабочим. В основном здесь преобладали русские.

Неводная работа требовала крепкого здоровья, большой физической силы и выносливости. Неводные рабочие, стоя по пояс в воде, перекинув через плечо лямку, тянули невод. Им нужно было вытянуть по четыре тони в сутки, на лёгких тонях – по пяти, по льду – две тони. Наём рабочих производился заблаговременно: зимой - для весенней, летом – для «жаркой» и осенней путины. Некоторые рыбопромышленники нанимали рабочих, командируя на места найма доверенных или приказчиков. Содержание и суть договора заключалась в следующих положениях: полнейшее и беспрекословное подчинение воли и распоряжениям не только промыслового надзирателя, но и служащих, и солильщиков, приставленных к ним для надзора. За время пребывания на промыслах, рабочие не имели ни праздников, ни выходных.

 Самыми выносливыми неводными рабочими считались калмыки. Забитые, запуганные, находящиеся на положении рабов. На тонях работали также киргизы. Неводные калмыки жили в основном в землянках, казармах, кибитках, а киргизы, корме казарм, в камышовых шалашах. Казахов с XVIII в. - до начала XX в. называли «киргиз – кайсаками», «киргиз – казахами», и «киргизами», перенося на них само название соседнего народа – собственно киргизов.

Образцовский рыбный промысел граничили с Долбанским улусом, ныне Лиманский район. Живя по – соседству с русскими, калмыки всё больше втягивались в работы по найму, нанимаясь работать на неводную тягу. Жители села Образцовое и сегодня называют место, где находился бывший калмыцкий хотон (кочевье), поселение неводных рабочих, расположенное в конце села, на границе с бывшим Долбанским (Лиманским) районом, – «Шаргайкино», по имени одного из калмыков – Шарга.

Деревянные казармы, в которых размещались сезонные рабочие, находились сразу за территорией промысла. Условия труда на промыслах были очень тяжёлые. Побывавшие в конце XIX в. на Оранжерейнинских промыслах, врачи сделали заключение: «Быт рыбаков на промыслах и тонях представляет собой в высшей степени неприглядную картину. Люди живут в земле или в страшной тесноте в казармах, особенно киргизы и калмыки заражены частокою, экземой, чахоткой и предназначены судьбой к вымиранию».

За тяжёлый изнурительный труд рабочий получал мизерную плату. Зарплата рабочих находилась в зависимости от вида работ, продолжительности срока, на которую они нанимались, от времени года, пола и национальности. На промыслах практически никакой механизации не было, вся работа была вручную. Подъём рыбы на плот, переноска рыбы на носилках, перевозка на ручной тачке (тележке) требовала большой физической силы и выносливости. Об условиях работы и оплаты русских рабочих промыслов можно судить по документам, найденным при разборе здания промысловой конторы, примыкающей к усадьбе купцов Сапожниковых, хранящихся в архивах Астраханского музея – заповедника, в частности: «Расчетная книжка №287, выданная подрядчиком Павлом Мурылевым и Ионом Шароновым рабочему Якову Рязанцеву на 1894 год». В контракте обговаривались условия найма для 300 человек, подрядившихся работать на Оранжерейном промысле весною 1894 г. Всю привозимую рыбу рабочие обязаны были выливать на плот, накладывать счетом на тачки и возить на посол, сортировка рыбы отдельно не оплачивалась. Со дня появления сельди, рабочие обязывались обслуживать 105 прорезей. Стоимость выливки рыбы в выход №1, где 72 ларя составляла 23 руб., в выход №2 или №3, где по 40 ларей - 20 руб. за каждый наполненный сельдью ларь, и в выход №4, где 102 чана - 5 р. 70 коп за каждый наполненный сельдью чан. За выливку свежей рабы, кантовку, перевозку, выливку соленой рыбы оплачивалось по 20 коп. за судака, по 30 коп. за каждую тысячу рыб. По окончании дневных работ, они должны были бесплатно мыть водой плоты и приплотки. Необходимое количество соли для посола рыбы рабочие обязывались подтаскивать из складов бесплатно, оплачивалась только переноска соли из баржи, она составляла 3 руб. 25 коп. за каждую 1000 пудов.

Объектами самой хищнической эксплуатации рыбопромышленников становились представители национальных меньшинства губернии – это калмыки, киргизы, татары. Труд казахов и калмыков оплачивался ниже, чем труд русского работника. Так, в официальном донесении смотрителя рыболовства за 1906 г. значится: «Ввиду безграмотности рабочих, хозяева начисляют им столько, сколько придёт на ум, нарочно выдают им жалование по мелочам». В весеннюю путину 1913 г., например, средний месячный заработок русского мужчины составлял – 14 рублей, киргизов, казахов – 10 рублей. Труд промысловых рабочих ценился крайне дёшёво на 2-5 рублей ниже труда неводных рабочих. Большинство рабочих, особенно казахи, получили за труд гроши 25 – 30 копеек в день.

Интересен один документ – расписка, изданная типографским способом от фирмы Братья Сапожниковы, которую заполняли рабочие – калмыки. «Я, калмык,/ место для фамилии/ такого – то улуса, рода, зайсана, даю сию расписку конторе Братьев Сапожниковых в том, что по расчету с конторою за путину 18…года остался должен … руб….коп., каковой долг обязуюсь оплатить по первому требованию». По этой расписки, калмыки, получается, не зарабатывали в путину, а оставались должны конторе, так как заранее подписывались на долговые обязательства.

Труд женщин на промыслах, по интенсивности, был также тяжёл, как у плотовых рабочих мужчин. Но, тем не менее, он оплачивался дешевле труда мужчин на 3 -7 копеек в день, подростки получали половину от заработка взрослых.

Пищевой паёк по условиям договоров составлял: «муки пшеничной 3-го сорта – один пуд (на весь срок путины) (16 кг), пшена русского – по десяти фунтов (5 кг), чаю кирпичного – по половине доски и хлеба ржаного – по три фунта (1,5 кг) в сутки на каждого человека и при улове мелкой частиковой рыбы на уху: тарани, сопы, берша, окуня, воблы» Часть заработной платы рабочие получали товарами через лавку.

По завершению путины сезонные рабочие возвращались в свои края. Работы по уборке сельди производили годовые рабочие с привлечение жителей окрестных сёл, постоянные рабочие занимались подготовкой к новому сезону.

Представители каждой национальности, прибывавшие на рыбные промыслы Нижнего Поволжья, привносили свои обычаи и традиции. Национальные традиции – это национальная память народа, то, что выделяет данный народ в ряду других, хранит человека от обезличивания, позволяет ему ощутить связь времен и поколений, получить духовную поддержку и жизненную опору. Но культура каждого народа из числа переселенцев, сохраняя свои истоки, сохранила связи с другими культурами. Здесь, в дальнейшем, образовывался определённый сплав, определяющий уникальное культурное своеобразие региона.


Источники и литература:

Воронова А. А. Рыбные промыслы Нижней Волги и Каспия в XIX - начале XX вв.: монография. Астрахань, 2005.

История Астраханского края: Монография. Астрахань, 2000.

Ширяева С.Г. Развитие рыбных промыслов в Икрянинской волости в XIX в. // Астраханские краеведческие чтения. Астрахань, 2017. Вып. IX.

Архивы музея. Материал личного архива Покровского И.Н., начальника отдела кадров Оранжерейного рыбокомбината, одного из основателей общественного музея с. Оранжереи.

Астраханские казахи: история и современность. Астрахань, 2000.

Автор: С.Г. Ширяева

Фото к событию: